Шить – не налоги от казны кроить

Классик отечественной словесности на вопрос: «Считаете ли вы себя интеллигентом?» возмущенно замахал на вопрошающего руками: «Да Бог с вами! У меня профессия есть!»

События в России последних лет, когда даже наше преступно терпимое ко всяким безобразием общество, возмутилось беспределом хапуг и вывело парочку-другую на чистую воду, показали, что «олигарх» такая же химера, такой же болотный пузырь, как и «интеллигент».

Надо же – олигарх с его заводами, газетами и пароходами, с его незримым и мощным, как радиация, излучением, обогащающим залежи стратегического урана в кремлевских объемных кубышках и,  впрямую – его самого, оказался просто никем! Пустотой – не пелевинской с Чапаевым, дзэн-буддизмом, абсолютной, вселенской и страшной, а ничтожной пустотой, неинтересной, ничтожной и смешной.

По-человечески жаль бывшего магната Михаила Ходорковского, мотающего ныне срок на читинской зоне. У человека, который, казалось, обладал всем – и деньгами, и влиянием, был молод и амбициозен, все это враз накрылось шершавым казенным одеялом забвения. И выяснилось, что у всесильного некогда миллиардера руки, что называется, крепятся к остальному телу не совсем привычным способом. Ходорковский оказался настолько бездарен в качестве портного, что не сумел даже сдать экзамен на швею-мотористку третьего разряда! По правде, с этим справился бы, наверное, даже петэушник с дрожащими по причине раннего приобщения к клею и косякам руками.

Итак, Михаил Ходорковский, скроивший империю ЮКОС, не сумел сшить рукавицы (трусы или спецовку). Король оказался голым – без профессии и куска хлеба (ну, ту уж, похоже, комментатор погорячился).

«Кто трусы ребятам шьет? Ну, конечно, не пилот». И, разумеется, не олигарх.

По той банальной причине, что в большинстве своем существа, с легкой руки журналюг именуемые этим древнегреческим словом, на самом деле – просто нечистые на руку люди с горящими жадными глазками и загребущими лапками. И все умение этих «грандов» российского бизнеса состояло в том, чтобы через звонок «нужняку», высокопоставленному родственнику или собутыльнику по райкомовским посиделкам в конспиративных комсомольских термах, побольше отжать. Пользуясь тем, что старым дурням было не до того: Ельцины всевозможных размеров вовсю тогда самозабвенно бодались с Горбачевыми разных фасонов, а экономика страны беспомощно раскорячилась, как возбужденная сука над кобелиными строчками на снегу.

Вот и весь хваленый профессионализм «топ-менеджеров высокого класса», выползших наружу в первой половине девяностых после позорных залоговых аукционов.

Точно таким же образом следует оценивать и способность этих юрких тихонь и в политической сфере. Самое крупное достижение «семибанкирщины» – то, что без счета вложили денег в президентскую компанию Ельцина 1996 года, шунтировав тем самым финансовые сосуды дряхлеющей его системы. Вот, собственно, и все. Ну, получили за это от царственного старца некие преференции и бонусы – а как же, страна ведь осталась еще невыдоенной до конца, как корова у дрянной хозяйки. А вот все попытки на весь мир заявить о себе, как о некоей «третьей» силе, серьезной демократической оппозиции, вовсю скупая партии, бандитов из предгорий седого Кавказа и вечно алчных журналистов, каждый раз заканчивались гулким неприличным звуком, как в народе говорят, в лужу.

По-человечески Ходорковского жалко. Великие мира сего были талантливы во всем. Менделеев своими собственноручно изготовленными чемоданами гордился больше, чем знаменитой таблицей периодических элементов. Жестокий и властный римский император Диоклетиан, добровольно уйдя в отставку, с удовольствием выращивал капусту и гордился тем, что таких кочанов ни у кого из соседей не выросло. И московский мэр после ухода с политической арены вряд ли будет жить на одну пенсию и скромные доходы супруги – чай, у него ремесло в руках, печник он, говорят, первостатейный.

А бывшему нефтяному королю все же унывать не следует. Это только первый блин бывает комом, а первая выкройка – кособокой. Время поупражняться вроде есть.